Мысли

Я навсегда запомнила ночь 11 сентября 2001 года. Весь день почти что непрерывно показывали взрывы "башен-близнецов". Мне было 15. Я сидела перед телевизором и ревела. Я не могла заснуть. Я написала стихотворение про терроризм, а потом почти всю ночь молилась, чтобы успокоиться.

Я не ходила и не хожу в церковь, среди моих родных нет религиозных людей, и меня никто никогда не учил молиться, но я почему-то это делала. Я молилась своими словами за американцев, которых я знать не знаю, и за страну, в которой никогда не была. И это было почти бессознательно. Это было защитной реакций на тот плотный поток негативной информации, который заполонил собой все вокруг.

Вокруг много говорят о сострадании. Сострадание - это круто, когда оно осознанно и контролируемо. Когда Ты решаешь: сострадать или нет. Но бывает, что от тебя ничего не зависит. И мне до сих пор непонятно, чем это обусловлено. Какими-то особенностями энергоструктуры? Неспособностью ощущать границы своего "кокона" и управлять ими? Я только такое объяснение нахожу.

По мере взросления ты просто изолируешься от негативной информации. Перестаешь смотреть и читать новости. Но полностью изолироваться невозможно, и просто проскочившего перед глазами заголовка о том, что где-то произошла катастрофа, простого осознания этого факта, достаточно, чтобы это катастрофа "проникла" в тебя, поселилась там и начала расцветать пышным ядовитым цветком. Где-то терракт - и ты со-страдаешь. Где-то наводнение, землетрясение, тайфун - и ты со-страдаешь. То есть совместно страдаешь. Сегодня с теми, завтра с этими, послезавтра - с третьими. Не умея отгородиться, ты учишься воспринимать это со-страдательное со-стояние, как фон. Ты учишься не говорить об этом с людьми после множества бесполезных попыток. "Где-то землетрясение? Ну да, печально, но мы-то причем?". Ты привыкаешь. Смирившись с тем, что это навсегда, ты обучаешься сталкингу (самонаблюдению) и довольно успешно развиваешься в этом. "Произошло то-то. Погибло столько-то. Меня колбасит. Я ложусь на кровать. У меня текут слезы. Я выжидаю. Я наблюдаю. Скоро оно выйдет. Вышло. Все. Я встаю и продолжаю заниматься своими делами". Ты учишься сохранять осознанность и наблюдать себя, чтобы ни происходило. Причем постепенно этот навык начинает сам собой активизироваться именно в состоянии стресса. Ты учишься самонаблюдению не ради духовного развития и просветления, а просто чтобы не сойти с ума. Чтобы сохранить адекватность. В то же время где-то в глубине души ты жаждешь одного из двух: либо Воторого Пришествия, которое разом всех просветлит и остановит эту мясорубку, либо ядерной войны, которая разом все уничтожит. У тебя есть только один выбор: проживать все эти ужасы, происходящие в мире, бессознательно или проживать их сознательно, и ты выбираешь второе. Но выбора, который есть у многих людей - "не проживать то, что не касается тебя и твоих родных" - у тебя почему-то нет. Люди, которые могут шутить по поводу каких-то мировых катастроф или даже просто оставаться равнодушными, кажутся тебе инопланетянами. Ты наполняешься этим всем день изо дня. День изо дня ты впитываешь в себя все больше и больше общечеловеческой боли. Слезы и осознанное проживание освобождают от гнева, но не от осознания того, как ее много. Гнев выходит. Все выходит. Физически ты не болеешь. У тебя не появляется телесных зажимов. Кажется, что все это проходит бесследно и даже не вредит, если практикуешь сталкинг.

Но осознание постоянного впитывания в себя боли, которой нет конца, - остается.

И вот что-то происходит. И другого объяснения, кроме как изменение энергоструктуры, я найти не могу. Ты вдруг осознаешь этот самый "кокон". И в тот момент, когда ты его осознаешь, его границы становятся управляемыми. И ты можешь читать и слышать информацию, не проживая ее. Она больше не проникает в тебя. Вероятно, должно совпасть очень много факторов в пространстве и времени, чтобы это произошло, и как именно это происходит, мне до сих пор до конца не ясно. Но в том, что что-то происходит, и что это связано именно с тонким телом/телом сновидения/энергетическим телом, я уже не сомневаюсь.

Каждый день я вижу в новостной ленте увеличивающееся с каждым днем число жертв в Непале. И я со-жалею. Это значит, что мне жаль, что все это происходит. Но я не со-страдаю. Я не страдаю совместно с жителями Непала. И Непал с его жителями существует отдельно. А я - отдельно. Они - не во мне. Их боль - не во мне. Равно как и гораздо больше касающийся моей страны русско-украинский конфликт уже давно не вызывает во мне никаких переживаний. И кто-то, возможно, может увидеть в этом цинизм и холодность, но это не важно. Мнение других полностью перестает иметь какое-либо значение на фоне того, что впервые за много-много лет, когда в мире в очередной раз происходит что-то ужасное,

мне не больно.



10.05.2015
(c) Mariya Viter